Нужно ли получать "Письмо о том, что градостроительные условия и ограничения не предоставляются", если объект относится к объектам строительства, для проектирования которых градостроительные условия и ограничения не предоставляются?

Письмо, о котором говорится, это форма, а по сути, речь идет об обязательности подтверждения местным органом градостроительства и архитектуры необходимости получать или нет, градостроительные условия и ограничения для проектирования конкретного объекта строительства. Для краткости буду использовать дальше распространенное, хотя и не нормированное сокращение "мистобуды". В свое время приходилось рассматривать не один десяток, а то и сотни обращений, но несколько иного содержания: - нужно ли получать «мистобуды» на определенный объект строительства? Разницу ощущаете? Тогда вопросы были инициативными и свидетельствовали о желании заказчика получить поддержку соответствующего органа власти по принятому ими решению. Теперь же речь идет не о желании, а о том, обязательно ли обращаться за такой поддержкой. Такая мимикрия проблемы произошла. В общем, история этого вопроса, которая убежден еще не завершена, напоминает затухающую амплитуду, когда состояние решения вопроса проходит через крайние противоположные точки, снова возвращается к предыдущим ситуациям, но уже не с такой категоричностью, и наконец, где-то должна остановиться посередине, ну хотелось бы в это верить. В этой проблематике задействовано очень много разных аспектов, от собственно градостроительных до субъективных, но начну все же с исторических.

   Скорее всего, не все помнят, что еще два десятка лет назад, чтобы начать любое строительство, необходимо было получить от исполнительных органов соответствующих советов, разрешение на строительство. Это разрешение давало право заказчикам на получение исходных данных на проектирование, как правило, в виде АПЗ (архитектурно-планировочной задачи), давало право на осуществление проектно-изыскательских работ и получение Разрешения на выполнение строительных работ. То есть было два разрешения, которые часто путали и начинали строительные работы, имея только первое разрешение и, соответственно, попадая под штрафные санкции. Поэтому вопрос, приведенный в начале, просто не возникал. Между тем предоставление исходных данных в полном объеме должно было обеспечиваться исполнительными органами или соответствующими районными государственными администрациями. Было ли это хорошо, ну, наверное, нет, раз начались реформы. Ситуация начала кардинально меняться в 2008-2009 годах, когда были приняты и реализованы реформаторские решения. Разрешение на строительство отменили, а АПЗ заменили градостроительными условиями и ограничениями. Была установлена норма, что право на застройку земельного участка, реализуемое ее собственником или пользователем, при условии использования земельного участка по его целевому назначению и в соответствии с полученными «градостроениями» без каких-либо дополнительных разрешений. Эта норма была перенесена и в закон Украины "О регулировании градостроительной деятельности", принятый в 2011 году. И там уже появилась норма относительно перечня объектов, для проектирования которых градостроительные условия ограничения не предоставляются.

Однако процедура отнесения конкретных объектов к этому списку не была установлена. Ни Порядком предоставления градостроительных условий и ограничений, действовавшего до 2017 года, ни новой редакцией статьи 29 закона, в которой с целью предотвращения влияния субъективных факторов был на законодательном уровне выписан порядок получения "мистобудов". Такой нормативный пробел породил многочисленные проблемы при применении перечня. Можно сказать, что заказчик с проектировщиком получили свободу, во всяком случае, относительно определенной части объектов строительства. Но свобода, как известно - осознанная необходимость, и не малая часть рассудительных заказчиков и проектировщиков, прекрасно понимали, что с принимаемым ими решением, об отсутствии необходимости получать градостроения, могут не согласиться органы Госархстройконтроля. И последствия такой свободы, могут дать знать о себе, и во время приобретения права на выполнение строительных работ и во время принятия в эксплуатацию и, конечно же, во время проведения проверок во время строительства. Поэтому, как уже говорилось, стремились подкрепить принятые решения ответом соответствующего органа власти. А какой орган власти обладал такими полномочиями? Формально такая функция ни у кого не была прописана, но по установившейся практике, выдающий, то есть местный орган градостроительства и архитектуры. Но, попробуем разобраться все-таки по сути проблемы.

Смотрите, согласно определению, градостроительные условия и ограничение застройки земельного участка – это документ, содержащий комплекс планировочных и архитектурных требований к проектированию и строительству объектов строительства. Частью пятой статьи 29 Закона определено исчерпывающее содержание "мистобудов", отдельно указано, что перечень указанных условий, исчерпывающий. Итак, если ни одно из этих требований, образно, не участвует в проекте, зачем получать "градостроения"? Кажется, это должно быть взято за основу, иными словами, самими градостроительными условиями и ограничениями, уже параметрически определен перечень объектов, для которых они не выдаются. Это те объекты, в которых эти условия не используются. И эта аксиома вроде бы учтена, градостроительные условия ограничения не нужны для капитального ремонта и для реставрации зданий и сооружений.

А можно ли решить эту проблему путем определения конкретного перечня объектов нового строительства или реконструкции? Ну далеко не уверен, разве что ориентировочного, а лучше справочного. Во-первых, под названием, взятым из перечня, всегда могут "торчать уши" здания или сооружения, для которых нужны, а скорее необходимые градостроительные условия и ограничения. А во-вторых, тоже всегда найдется другой объект, формально не включенный в список, но для проектирования которого нужны градостроительные условия. Концептуально, процедура выглядит так -необходимость получения градостроительных условий и ограничений выясняется в процессе формирования исходных данных, так как с одной стороны, «мистобуды» являются составной частью исходных данных, а с другой, задача на проектирование, которое тоже является составной частью исходных данных, складывается с учетом этих «мистобудов».

Но если, допустим, было принято решение не получать градостроения, а в процессе разработки проекта выяснилось обратное, трагедии не усматривается, получаются «мистобуды» и вносятся изменения в задание на проектирование, и это уже другая история. Решение об отсутствии необходимости получать градостроительные условия и ограничения с соответствующей аргументацией обычно должно быть отражено в задании на проектирование и в пояснительной записке к проекту.

Далее следует экспертиза проекта, ну если проект подлежит экспертизе. Экспертиза проверяет ряд показателей, входящих в состав «мистобудов», а следовательно, не может пройти мимо факта необходимости или нет, получения градостроительных условий и ограничений, что и должно быть засвидетельствовано в экспертном отчете. Следовательно, субъектом принятия решения об отнесении или нет конкретного объекта строительства к перечню, до поры до времени был проектировщик, точнее ГАП или ГИП, которого подстраховывала определенным образом экспертиза, да и соглашался с таким решением конечно заказчик. Скажите, достаточно ли у ГАПа или ГИПа квалификации, чтобы принимать подобное решение? Должно быть достаточно, он имеет соответствующий классу последствий объекта строительства сертификат и в органах градостроительства и архитектуры работают специалисты, которые по квалификации не на голову выше сертифицированных специалистов. Понятно, что в этом случае орган градостроительства "сном духом" не ведал о событиях градостроительного характера происходивших на его территории.

Так продолжалось до 2020 года, пока не появилась норма, что к заявлению на выдачу разрешения прилагается часть проектной документации в составе градостроительных условий и ограничений или письма уполномоченного органа о том, что для проектирования данного объекта градостроительные условия и ограничения не предоставляются. Тем самым была нормирована процедура отнесения объекта к списку. Позже она была трансформирована в единую электронную систему, где сейчас сосредоточена в отдельном разделе. Нельзя категорически утверждать, что оснований для такой нормы нет. По установившемуся порядку, принимать решение должен орган, к полномочиям которого отнесен вопрос. Не может быть несколько центров принятия решений по одному и тому же вопросу, это раз. На мой взгляд, без участия органа градостроительства и архитектуры в этом вопросе никак не может быть. Специально уполномоченный орган должен владеть всей градостроительной ситуацией на своей территории. Но вот эффективен ли механизм, из-за предоставления письма неуверен. В свое время слышал разговор двух чиновников, в котором один из них рассказывал о своей сокровенной мечте: - мне бы говорил такую работу, чтобы что-то выдавать, желательно в порядке исключения, хотя бы на полгода. Ну, думаю комментарии лишние, но такого субъективного фактора не стоит не учитывать. Речь же идет о письме из одного предложения, ключевым в котором есть местоимение "не", нуждается или не нуждается. Всегда можно "съехать" на грамматическую ошибку, отозвать предоставленное письмо, а на его смену направить другое. Следовательно, нужен механизм определения необходимости получения или нет градостроительных условий и ограничений, который бы учитывал как интересы заказчика с проектировщиком, так и местной власти. Думается, что в рамках единой электронной системы, такую задачу решить не сложно, ведь доступ к ней имеют все заинтересованные участники строительства.

По желанию, заказчик или проектировщик всегда могут инициативно обратиться в орган градостроительства и архитектуры, за получением ответа, но это не должно быть обязанностью. В свою очередь орган градостроительства просто обязан «мониторить» объекты на своей территории, проектная документация на которые появляется, то есть загружается в электронную систему, начиная с задания на проектирование. И в случае несогласия с принятым проектировщиком вместе с заказчиком решением требовать получения градостроительных условий и ограничений. Как-то так, если «цифровизация» объявлена приоритетом развития строительной отрасли. Увидим, как оно будет.